ПРОДОЛЖЕНИЕ

Необходимо заметить, что все «нестандартные» предметы словно примыкают, служат дополнением к основному корпусу специальных дисциплин. Так «изучение музыковедческой литературы» помогает освоению курса «музыкальной литературы»; «основы дирижирования хором» и собственно «хор» (который в 2007-2008 учебном году вновь прочно занял место в расписании студентов всех курсов теоретического отделения) способствуют развитию слуховых навыков, помогают учиться работать в большом коллективе, а «современная гармония» и «композиторские техники XX века» заметно расширяют кругозор в области гармонии (отчасти музыкальной литературы и анализа музыкальных форм). О них сегодня и пойдёт речь.

Современная гармония

Наверняка не случайно этот предмет появляется только на четвёртом, последнем курсе обучения. К этому времени студенты уже имеют некоторый багаж знаний, успевают познакомиться с разными музыкальными стилями и направлениями. И вдруг их погружают в совершенно незнакомую среду, в которой изредка возникают известные, но толком неосознанные слова («додекафония», «серийная техника» и т.п.). Но постепенно эта среда как бы раскрывается перед нами, показывая свой прекрасный и необычный мир, наполненный богатством разнообразных красок. После сочинений Стравинского и Скрябина, с которых начинается изучение, мы уже без «священного ужаса» слушаем Вариации для оркестра Веберна или камерно-вокальную лирику Шёнберга. И пусть эту музыку сложно полюбить, но до чего же интересно с ней «общаться»! Ведь любое искусство неразрывно связано с историческими событиями и общим развитием, движением цивилизации. Мы говорим об искусстве XX века — века страшного, непонятного, наполненного великими победами и сокрушительными поражениями. При прослушивании некоторых сочинений невольно возникают ассоциации с реальными фактами. Иногда для более целостного понимания эти ассоциации даже необходимы (например, в «Оде Наполеону» Шёнберга). Разбор произведений становится для нас увлекательным путешествием, позволяющим окунуться в атмосферу прошлого.

…Поначалу схемы на доске кажутся проектами космических кораблей. Тяжело даётся новая интервальная и аккордовая цифровка. Но со временем получаешь удовольствие от поисков сегментов серии в партитуре, с интересом наблюдаешь за их «поведением». И, наконец, вот он, волнительный момент — ты не только слышишь, но и видишь зеркальную ось симметрии, и в воображении будто возникают крылья бабочки во всей своей ослепительной красоте. Единым взором можно охватить сложную, многогранную конструкцию сочинения. И в очередной раз восхититься потрясающей логикой композитора. А затем — новое сочинение, и новые, скрытые до поры до времени, красоты. И пусть мы не будем слушать Веберна на сон грядущий. Но его надо ЗНАТЬ. И находить радость маленького открытия в каждом следующем такте.

За столь интересные экскурсы в неизведанное благодарим Елену Эдуардовну Верещагину.

Композиторские техники XX века

На этих занятиях мы знакомимся с огромным количеством разной музыки. Причём музыки не только XX века, но и написанной в более ранний период. Иногда ищем связи каких-то музыкальных явлений, иногда заполняем пробелы в знаниях. Зачастую воспринять сочинение XX века весьма сложно без представления о том, что ему предшествовало.

На лекциях мы мимоходом вспоминаем важные исторические и культурные события (умер в год запуска первого спутника; родился в год смерти Верди). Узнаём самые яркие подробности жизненного пути того или иного композитора. По мнению автора, биографическую часть ни в коем случае нельзя упускать, так как жизненный путь и творчество могут находиться и в полном согласии, и содержать интересные противоречия. Это и помогает нам создать для себя общий облик Творца.

Со временем приходит понимание, что техника каждого композитора — это необыкновенное царство, в котором много разных городов (Ритм, Лад, Гармония). И задача нас, «пришлых людей», понять, как эти города между собой сообщаются, — оказывают взаимопомощь или, наоборот, ссорятся. Некоторые композиторы из своей мастерской-царства тайны не делают (например, О. Мессиан), другие же предоставляют нам возможность достроить их города в уме …

И конечно — музыка, музыка, музыка. Каждую неделю. С клавиром или без. Оперная или инструментальная. Всегда выражающая то, что никак и никогда не получится передать словом.

Преподаватель дисциплины «композиторские техники XX века» — Евгений Владимирович Щербаков. Также нас консультирует Дмитрий Борисович Горбатов.

…В очередной раз выходя из колледжа в сумрачную нелюдимость улицы, улыбаешься и думаешь: «Как же всё-таки здорово учиться на теоретическом отделении!»

Алина Булахова,

студентка 4 курса теоретического отделения

В нашем колледже стенд с расписанием занятий находится на первом этаже. Подходим, смотрим. Факт: на теоретическом отделении предметов больше всего. Названия некоторых — «сольфеджио», «музыкальная литература» и «хор» — вполне понятны: мы познакомились с ними в музыкальной школе. Но иные словосочетания могут удивить нынешних первокурсников, например, «современная гармония» или «композиторские техники». А между тем, эти дисциплины очень важны. Они открывают нам много нового, развивают необходимые специальные знания и навыки, учат применять их на практике. И таких «необычных» предметов на теоретическом отделении немало. Цель этой заметки — рассказать о некоторых из них. Итак…

Изучение музыковедческой литературы (далее сокращённо – ИМЛ)

Одним из специальных предметов отделения является музыкальная литература. В начале семестра преподаватели диктуют студентам список произведений и список литературы. В последний включены монографии, литературные изыскания самих композиторов, статьи, письма, воспоминания и проч. Но, в силу обычной занятости учащихся, а также из-за того, что нередко книги трудно достать, руки у многих до литературы так и не доходят. И как раз ИМЛ помогает нам всё же встретиться и «пообщаться» с некоторыми из работ. Дисциплина эта ценна по многим причинам.

Прежде всего, благодаря ИМЛ можно расширить собственный кругозор. Ведь композитор – это не только его сочинения; это эпоха, в которую он творил, это люди, с которыми он общался, воздух, которым дышал. Здесь важно буквально всё. И именно воспоминания, мемуары помогают воссоздать, собрать из кусочков в цельное полотно ту, особую атмосферу. В памяти всплывают исторические события, которые усваиваются уже на ином, новом уровне, так как связаны с именами других людей. Многие проблемы музыковедения воспринимаются иначе после того, как были обсуждены на уроках ИМЛ.

Дисциплина также очень развивает технику чтения. Статьи и главы книг бывали очень объёмными, и нам приходилось учиться выхватывать главное, а впоследствии связывать всё в цельную картину. Мы поняли, как «читать» книгу по содержанию (оглавлению), как концентрированно выражать суть прочитанного.

Особого внимания заслуживают сами уроки ИМЛ. Под неусыпным и чутким руководством наших преподавателей мы дискутировали, доказывали свою точку зрения, отстаивали позиции! Мы научились слушать друг друга и оппонировать. Занятия всегда проходили в ритме увлечённой беседы, в атмосфере горячей заинтересованности.

Хочется выразить огромную признательность нашим преподавателям – Елене Дмитриевне Кузнецовой, Борису Владимировичу Мукосею, Елене Эдуардовне Верещагиной.

Основы дирижирования хором

Сначала этот предмет не вызывал особого энтузиазма среди студентов, но со временем все оценили его безусловную пользу. Занятия заключаются в том, что студенты всего отдела собираются в зале и дирижируют «друг другом». Это очень необычная практика.

Наш преподаватель, Марина Николаевна Цатурян, занималась с каждым новоявленным дирижёром по отдельности. Мы изучали основные дирижёрские «сетки», работали над ясностью и пластикой жеста, не забывали и про осанку. Встать за дирижёрский пульт в первый раз весьма волнительно. Кажется, что ничего не получается – руки не слушаются, не можешь поймать глаза хористов. Но навык вырабатывается постепенно. С нашим преподавателем мы выбирали сочинения для разучивания. Частенько по своему усмотрению добавляли партии солистов, особое внимание было обращено на разнообразие динамики и звука голосов. Очень интересно наблюдать, каким образом самовыражаются сокурсники – ведь каждый делает это по-разному. У каждого вырабатывается своя мимика, своя жестикуляция, своя манера работы над партиями.

И, конечно, мы пели, продолжая развивать слух. Благодаря этому предмету, студенты узнают много хоровой литературы. И теперь на любую партитуру мы смотрим другим, более осмысленным взглядом.

Продолжение следует…